Нижний Новгород : литературно-художественный журнал. - 2018. - № 1.

     Предлагаем вашему вниманию обзор наконец-то «обретенного» нами первого номера журнала «Нижний Новгород» и сразу же - номера второго, который был вынужден ждать своего часа, пока не пришел первый, и чуть-чуть позже - третьего.
     Сокращенный вариант романа «Русский немец» Виктора Бердинских, обозначенный в продолжении заглавия как роман о времени, повествует о немцах Поволжья и трагическом периоде жизни этого народа во время Великой Отечественной войны. Первая национальная автономия в Советской России, существующая с 1918 года: Республика немцев Поволжья, - была расформирована, а основная масса населяющих ее жителей выселена в Сибирь. Тема произведения и суть происходящего действия напоминает высоко оцененный читателями и литературным сообществом роман Гузель Яхиной «Зулейха открывает глаза». Безусловно, в романе описан абсолютно другой менталитет, совершенно иные характеры, да и время другое…Общее одно: горе и неимоверные страдания ни в чем не повинных одних людей, бесчеловечное поведение других, наделенных, пусть элементарной, но властью. И страшное лицо Власти державной, организовавшей своеобразный «геноцид» собственного народа... В романе В. Бердинских с глубокой симпатией описаны благородство, образованность, трудолюбие и масса других лучших человеческих черт, присущих людям немецкой национальности, для которых чужая страна (Советский Союз) стала родной. Конечно, родной не до конца. При всей уже достаточно глубокой истории проживания на русской территории нескольких поколений немцев (так, село Варенбург, в котором герои данного романа пустили свои корни, было основано во второй половине 18 века), кровь предков постоянно дает о себе знать. Фразы, типа «мы же – самые лучшие, самые трудолюбивые…», «а сколько мы сделали для русской культуры? Мы же, в сущности, и есть русская культура! Фонвизин, Дельвиг, Кюхельбекер, Брюллов, Даль, Беллинсгаузен, Крузенштерн…» - не просто проскальзывают, они отражают характер русских немцев, выведенных в романе Бердинских. Родная земля Россия: работают и живут они для ее процветания, отдавая все свои силы, способности, таланты, - да не совсем… Но суть, конечно, не в этом. Роман оправдывает свой подзаголовок: он о времени. Время выписано реалистично, образ главного героя – блестяще. Наверное, хорошо, что со многими замечаниями и недосказанностью автора можно поспорить, основываясь на других, не менее реалистичных, воспоминаниях. А также и с его описаниями действий второстепенных героев, которые могут повлиять на далеко идущее читательское обобщение о непривлекательности русской нации в целом, ибо нет очень ярких примеров обратного.
     Сюжет тщательно выверен, нет повторов и излишеств, обрывочных и не очень прописанных сюжетных линий, чем грешат многие, даже получившие широкое признание, произведения. Хорош язык. Читается роман очень легко. С удовольствием быстро прочитаем продолжение, т.к. второй номер журнала мы получили раньше первого, и не придется ждать. Маленькая деталь: хотелось бы узнать, на чьих реальных воспоминаниях базируется художественное произведение, написанное от первого лица ученым-историком, автором более сотни научных работ и двух десятков документальной и художественной прозы, посвященной истории…
     Интересующийся краеведением, историей, православием житель села Филинское Нижегородской области Виктор Ершов пишет и публикует рассказы. И в журнале «Нижний Новгород» напечатаны его небольшие рассказы на интересующие его темы: «Светлый праздник» - о праздновании Рождества Христова в Муроме далекого прошлого и «Ангел мой…» - очень художественно выписанная история о желании каждого православного человека почувствовать своего ангела-хранителя.
     Всем, кто интересуется темой Востока и конкретно историей Поднебесной, знаком с восточной мифологией, настоятельно рекомендуем почитать рассказ Натальи Резановой «Железный лотос». Увлекательный сюжет, красивый литературный язык, глубокое знание темы автором, удивительно живописные сны, цитируемые стихотворные строки – все это должно привлечь ваше внимание.
     Рассказов в журнале, как всегда, не счесть.
     Историческое эссе под заголовком «Не спится, или Одна ночь из жизни Столыпина». Ночь П.А. Столыпина в семье перед отъездом в Петербург на новое назначение, полная любви, страданий и страшных предчувствий его жены Ольги Нейгардт (в рассказе Энгельгардт). Очень красивое и грустное эссе.
     Интересный, наполненный глубинными смыслами человеческого бытия, рассказ Семена Биговского «Схимник». История жизни и смерти монаха, принявшего великую схиму, жившему отшельником в лесу, недалеко от монастыря, и познавшего под закат своей земной жизни Божественный Свет. Приезд его слепой дочери и внучки, помогший ему открыть Истину… Почитайте.
     Рассказ Ивана Каткова «Еще один день» - бытовой, реалистичный. Сей описанный трагический случай вполне мог произойти в том или ином городе, поселке… Но, если от тоже не очень веселого произведения С. Биговского веет светлая грусть, заставляющая тихо задуматься о жизни, человеке, природе, Боге, то при чтении рассказа И. Каткова содрогается сердце и хочется кричать : «так жить нельзя, люди!».
     Не пропустите публицистические очерки Павла Крусанова. Первый – «Прямая речь». Очерк навеян увиденной на рынке надписью на ценнике, нацарапанной фломастером на картоне «Рука головы массажир». Думается, у каждого в памяти найдется пример, вернее даже, примеры подобных перлов. Герои же очерка (сам автор и его приятель – «рыбак по призванию, филолог по судьбе»), задетые за живое этим уродством языка, вторгающемся в нашу современную жизнь, за рюмкой водки начинают рассуждать о языке улицы (который был и будет всегда) и языке литературы, которые вроде бы одной природы, но абсолютно несовместимы! «Язык улицы в литературе может прописаться лишь в качестве приема как инструмент выстраивания той же речевой характеристики», а как язык произведения просто невозможен!!! А язык литературы не существует нигде за пределами художественных произведений, на нем не говорят и не говорили, но он понятен всем! И литература останется всегда с ее подлинно литературным языком, ибо «по преимуществу именно она своей силой, своим художественным языком создает тот культурный миф, с которым мы все в России себя отождествляем, который нам позволяет чувствовать свою исключительность, свою неравность остальному миру. А без того не быть счастью. Потому что без собственного яркого и могучего культурного мифа мы сиры, ничтожны, никчемны. ...Не объем купли-продажи, не производство и потребление, не валовой продукт и рост благосостояния - культурный миф народа делает его жизнь осмысленной и достойной, позволяет одолеть беду не через личную измену, а через общее сверхусилие». И … «дело, само собой, не только в нас. Государство должно из года в год вкладывать в культуру, не ожидая коммерческих дивидендов, поскольку вклад в культуру – вклад в вечность, как всякое дело любви… Быть зачарованным чужим культурным мифом в исторической перспективе – хуже смерти». Единомышленники этих философских и очень жизненных обобщений, конечно, найдутся, с удовольствием прочитав этот очень короткий очерк, который мне, например, хотелось не цитировать, а поместить в обзоре целиком.
     Второй, «Шанс вырастить крылья», о замечательном, рано ушедшем и неизвестном широкому кругу писателе, Марате Басырове. О его, как выражается П. Крусанов, безупречно написанном романе «Печатная машина» - «эталоне подлинности», язык которого «выразительно скуп, точен, взвешен, композиция, составленная из небольших блоков, каждый из которых является законченной, вполне самостоятельной историей из жизни главного героя, вырастает в крепкую, прихотливо возведенную архитектуру».
     Этого романа, по мнению автора, хватило бы, чтобы зачислить писателя в сонм выдающихся. Были сомневающиеся, осилит ли Басыров вторую, столь же пронзительную и мощную книгу, как первая, чего многие писатели, увы, сделать не могли. Осилил. И Крусанов переходит к другому его роману (жанр условен) – «ЖеЗеэЛ», в котором смещены акценты, прекрасно выписанный герой не получил дальнейшее развитие, как могло бы быть, а отодвинут в сторону, его место заняли другие, но уровень так же высок. Герои произведений М. Басырова - интересующие всех Блестящие Неудачники. И дал им жизнь писатель, не переживший собственный талант и ушедший на творческом взлете. Нам кажется, надо обязательно прочитать литературоведческий очерк Павла Крусанова и, если не читали книги М. Басырова, - срочно найти и прочитать.
     А вообще- то журнал посвящен юбилею Максима Горького. Материала на эту тему он содержит предостаточно.
     Даже открывается журнал очень душевным, проникновенным и тонким рассказом О.А. Рябова «Липы Максима Горького». Повествует он о реальных событиях, происходивших с великим писателем на своей малой родине в 1903 (очень счастливом, по его многочисленным упоминаниям) году, когда семья Пешковых отдыхала летом на даче Турчаниновых в Горбатовке. Тогда, будучи на огромном эмоциональном подъеме (рядом маленькие любимые дети Максим и Катенька, родные окские просторы, а ещё - пылкая влюбленность в М.Ф. Андрееву, с которой он постоянно обменивается письмами), он знакомится с самобытной культурой «лесных людей» (старообрядцев). Горький узнает, что со старообрядческим мировоззрением удивительно сочетается обожествление неба, земли, воды, деревьев. А садовник-грек, которого Н.А. Бугров, постоянный собеседник писателя в периоды его жизни в Нижнем Новгороде, пригласил для озеленения и обустройства территории вокруг своего знаменитого дома на Сейме, убедил Алексея Максимовича, что «посаженное дерево – лучший памятник человеку, потому что дерево помнит, кто сажал его и ухаживал за ним в первые трудные дни… Под корой деревьев бежит живительный сок, похожий на нашу кровь… А главное – дерево живет многие сотни лет, и редкий каменный или железный постамент сможет сравниться с ним в долголетии. И липа, и дуб могут жить по тысяче лет...». И ведь посадил в это лето писатель со своими малыми детьми, выкопав в лесу, три липки, и отливал их каждый день, пока не зазеленели и не заблестели здоровьем их листья! А навестил он их нечаянно через четверть века, уже будучи всемирно известным первым писателем советской страны, долго гладил лакированные стволы взрослых деревьев и думал свою нелегкую думу… О. Рябов завершает короткий рассказ: « Липы Горького стоят посреди улицы и тянутся в небо уже вторую сотню лет. Его липы. Только никто уже не вспоминает про это».
     И, конечно, литературоведческие и публицистические работы, посвященные А.М. Горькому.
     «Противиться злу жизни…» - так называется статья Андрея Румянцева, посвященная исследованию жизни в пьесах Горького и таких крупных прозаических произведениях, как повести «Трое», романах «Фома Гордеев» и «Мать». Автор подробно анализирует интереснейшие образы героев этих художественных произведений, выведенные Горьким так точно, с таким знанием жизни, что остается только диву даваться, как писатель «угадал» и обобщил характерные особенности типичных представителей того или иного слоя населения России, что многие из них узнаваемы и в настоящее, совсем иное, время! Рассуждения о человеке и его предназначении, внимание к каждому герою, желание понять его мысли, его отношение к жизни, мотивы поведения – все это привлекает внимание режиссеров театра, до сих пор с удовольствием ставящих пьесы Горького. А. Румянцев сравнивает пьесы двух выдающихся драматургов России – А. Чехова и М. Горького, и это тоже интересно.
     Очень любопытна, особенно в разрезе содержания журнала «Нижний Новгород», уделяющего много внимания поэзии имажинистов (так сложилось?), большая статья Олега Демидова «Горький и имажинисты». Горький и – Есенин, Шершеневич, Мариенгоф, Рюрик Ивнев, Кусиков, даже Елена Феррари… Примечания, ссылки на источники заставляют внимательно отнестись к материалу. Думаем, многим будет интересно.
     Две работы Павла Басинского «Странный Горький» о «странной любви» (но – любви!) Горького к человеку и «Трагический кордебалет» (о последних днях перед смертью М. Горького) обращают, безусловно, на себя особое внимание.
     Глубокое исследование Николая Михайловича Фортунатова посвящено концепции характера Платона Каратаева Л. Толстого и Луки М. Горького и называется «Близнецы – антиподы?».
     Эдуард Кузнецов осветил довольно-таки мало разработанную тему «Максим Горький и сатирики». Тем более, что в его материале затронута линия пародий, касающихся Горького.
     «Заметки о мещанстве» и «Разрушение личности» Максима Горького, которые нижегородец М. Чижов перечитал в XXI веке, заставили его взглянуть на публицистику Горького с точки зрения современной жизни и проследить параллели, увидеть аналогии и т.д.
     Очень любопытны два следующих материала:
     Публикация Ирины Николаевны Кузнецовой, автора многих книг и статей по изобразительному искусству, посвящена дарам Максима Горького в фонд Нижегородского художественного музея. Это и самые значительные – коллекции живописных произведений Н.К. Рериха и Б.М. Кустодиева, выделенные в постоянной экспозиции музея в самостоятельные монографические залы, куда мы, нижегородцы, с гордостью водим своих гостей; и отдельные картины А. Рылова, В. Мешкова, П. Кончаловского, других известных художников. И.Н. Кузнецова рассказывает о личных связях М. Горького с художниками, приводит интересные факты их биографий.
     Второй материал – очерк Вячеслава Федорова «Приключения памятника» - рассказывает о перипетиях появления памятника А.М. Горькому на родине писателя, в городе его имени. История эта не короткая, имеющая и пролог, и развитие действия, и сюжетные линии, и эпилог. В. Федоров поведал нам о конкурсе на памятник великому писателю, который было решено поставить после его смерти в Москве, Ленинграде и Горьком с привлечением лучших сил. Кто бы мог подумать тогда, в 1936 году, что для воплощения этого проекта понадобится долгих 16 лет!.. Выбор скульптора, «лика» писателя, места размещения – на что только не тратились силы творческих слоев и властных структур в довоенные годы. Великая Отечественная резко поменяла все мирные устремления. В послевоенное время, когда страна вернулась к своим неосуществленным планам, история с памятником М. Горькому стала развиваться на новом витке. Скульптор Вера Игнатьевна Мухина, выигравшая конкурс наряду с Иваном Дмитриевичем Шадром, была уверена, что «её» Горький будет размещен в Москве на Манежной площади, но власти решили иначе, и ей было предложено делать памятник для города Горького, - сразу же после окончания войны начала работу над памятником. Страницы биографии выдающегося советского скульптора, её семья, особенности отношений с А.М. Горьким, с властью, - все это нашло отражение в публикации В. Федорова. Интересны описания макетов памятников, «поиски и находки» мест размещения – в конечном итоге, статья оправдывает свое название и, безусловно, будет интересна многим.
     Любители поэзии проведут, как всегда, много приятных минут своего свободного времени за чтением стихов, опубликованных в первом номере журнала.




Нижний Новгород : литературно-художественный журнал. - 2018. - № 2.

     Второй номер журнала открывается произведением одного из самых известных современных писателей России Романа Сенчина. Его рассказ называется «Шутка» и посвящен он писателю, литературному труду и всему тому, что сопровождает этот процесс. Но главным героем этого небольшого рассказа все же является не сам писатель, а его жена, работавшая много лет редактором журнала (очень нужная творческим людям профессия), но затем посвятившая себя только своему мужу-творцу и отставившая далеко в сторону свои собственные литературные амбиции. Она определила для себя очень важное, не всеми и не всегда поддерживаемое дело, «если хотите, миссию»: быть женой-оберегом и первой читательницей, зачастую и критиком, тех произведений, которые рождает легко или в тяжелых муках ее муж-писатель. И течет достаточно размеренно и привычно жизнь этих двоих любящих друг друга людей, вырастивших и отпустивших во взрослую жизнь детей. Муж – достаточно известный, читаемый автор, лауреат многочисленных литературных премий, прошедший через тернии непечатания, непризнания и достигший и того, и другого… И вдруг однажды утром эта жизнь, которую можно назвать счастливой, неожиданно дает трещину…Незначительный эпизод процитированного мужем отрывка из сценария братьев Стругацких по повести «Пикник на обочине» (не вошедшего впоследствии в фильм Тарковского «Сталкер») о страшной пропасти между писателем, тем, что он пишет, и людьми, которые читают это : «…Им ведь все равно, что я пишу! Они все сжирают! Душу вложишь, сердце свое вложишь – сожрут и душу, и сердце. Мерзость вынешь из души – жрут мерзость…Им все равно, что жрать. Они все поголовно грамотные, у всех у них сенсорное голодание… И они все жужжат, жужжат вокруг меня – журналисты, редакторы, критики, бабы какие-то непрерывные…И все они требуют: давай, давай! И я даю, а меня уже тошнит, я уже давным-давно перестал быть писателем…
    …Я верил, что кто-то становится лучше и честнее от моих книг. Чище, добрее…Никому я не нужен…Я сдохну и через два дня меня забудут и станут жрать кого-нибудь другого…Я хотел переделать их по своему образу и подобию. А они переделали меня по-своему...». И еще несколько убийственных предложений о разочаровании писателя в своем предназначении – пригвоздили ее к месту, ошарашили, потрясли, она почувствовала настоящую физическую боль и поняла, «что «произошло что-то страшное». Муж в мгновение ока разбил цель ее жизни, уничтожил ее «миссию»… Как потом он ни пытался сгладить ситуацию, сводя все сказанное в шутку, розыгрыш, объяснив, что это вычитанная им цитата из интернета, не имеющая к нему лично отношения. Просто почему-то сразу запомнилась, и ему захотелось артистически воспроизвести цитату перед ней, своим главным другом и помощником, - в женщине что-то надломилось. Она, как будто окаменела, продолжала автоматически делать домашнюю работу, но не смогла заставить себя прочитать рукопись его нового произведения. А он так ждал ее оценки, он заглядывал ей в глаза, не понимая, что случилось…
     Что-то будет дальше с этой парой? Очень захотелось узнать. Не в этом ли ценность небольшого рассказа Р. Сенчина, абсолютно лишенного какой-либо литературной «воды», наполненного большим человеческим смыслом?!
    Окончание романа Виктора Бердинских «Русский немец» не разочаровало, добавило тем для размышлений, заставил пережить самые разные эмоции. Прекрасны лирические отступления-зарисовки, так красиво названные автором: «созерцания», добавившиеся во второй части романа.
    Два рассказа писателя из Брянска Дмитрия Лагутина «Дядя Север» и «Спица» навеяны, скорее всего, воспоминаниями детства, услышанными писателем от какого-то замечательного рассказчика. Запавшие в душу истории литературно оформлены, в них явно обозначен жизненный смысл, они талантливо наполнены романтикой и реальностью, уроками нравственности и доброты. Молодой писатель заставляет читать его творения с удовольствием.
     В чудесном коротком рассказе «Проводник» наш земляк, писатель из Выксы, Павел Лаптев поведал нам о мальчике Сереже, служащим алтарником в храме и привыкшем размышлять в одиночестве на очень серьезные темы. Так, однажды, после урока физики, на котором учитель увлеченно рассказывал о микромире элементарных частиц, по дороге в храм, Сережа, по привычке размышляя об окружающем мире, о невидимых глазу частицах, о которых рассказывал учитель физики и, как всегда, переходя на мысли о Боге и Вере, вдруг сделал открытие: « Это ж так просто! По аналогии с проводником в магнитном поле, движущемся проводником, в котором возникает ток, человек должен двигаться, чтобы в нем возник ток. Какой ток? Обожение, - сказал громко Сережа с ударением на втором слоге. – О-бо-же-ни-е! – почти крикнул».
    Мальчик, читая в алтаре различные брошюры, хорошо уловил их смысл, который заключался в том, что это обожение и есть цель человеческой жизни, т.е. человек в течение всей своей жизни стремится приблизиться к Богу, найти его… Только как происходит – он никак не мог сообразить!
     А во второй части рассказа эти трогательные и серьезные размышления Сережи не смогли воплотиться в практические дела, когда ему представилась секундная возможность проявить себя, помочь кому-то. «Ведь из многих лет она, эта секунда, может, самая главная и именно та, по которой Господь будет оценивать тебя». Не упустить бы эту секунду!.. Он постоянно думал об этом. Но мальчик был еще не очень взрослый и не всегда мог соединять свои мысли с делами… Упустил…
     Журнал «Нижний Новгород» напечатал отрывок из будущей книги Александра Хорта о выдающемся русском артисте Игоре Владимировиче Ильинском «Водные процедуры». Читатели старшего поколения по определению не пропустят эту публикацию, потому что слишком велико восхищение игрой этого актера в классических фильмах российского и советского кинематографа: от звездных ролей в немом кино до блестящих пародийных образов в «Волге-Волге» Григория Александрова, «Карнавальной ночи» Э. Рязанова. Безусловно, это будет интересно и молодежи, которая интересуется историей мирового художественного кино, а также просто любознательному читателю, предпочитающему биографические книги всем другим литературным жанрам.
     Не устаем каждый раз повторять, что практически не бывает неинтересной публицистики и литературоведческих работ в журнале.
    Итак, очередная философская статья Владимира Кутырева с популяризацией семантики языка «Техника решает все(х)». Автор рассуждает на тему того, что самым большим злом нашей цивилизации является… технический прогресс(!), «прогресс как технос». Его тезисы, типа «мы все менее счастливы, все более депрессивны. Кенозис – истощение творца в своих творениях. В построении тотального рая как электронно-цифрового безопасно (благо)устроенного концлагеря. Рай как легкая паразитическая жизнь – ловушка для человечества. Значит, ад. Райад. В нем живут виртуальные люди», - конечно же, найдут массу сторонников. Читайте, соглашайтесь, спорьте и поверьте: есть с чем и о чем.
     Поговорим о рубрике «Литпроцесс». Известный критик Андрей Рудалев в своем материале рассуждает об идеологичности литературы, которая, по его убеждению, возвращается на страницы художественных произведений. Говоря об однобокости и своего рода убогости начинающего господствовать представления обо всей «советской» литературе как символе чрезмерной идеологизации, где в любом художественном произведении сквозит линия партии и правительства, он убедительно доказывает на конкретных примерах, что «советская литература не тождественна идеологической». Она намного объемнее, мощнее и масштабнее. Как тогда, так и сейчас, в период открытой идеологической борьбы (кто же будет отрицать это?) талантливый, настоящий писатель, поэт будет творить, руководствуясь только своими нравственными ценностями и идеалами, а другой будет обязательно стараться , соответствовать. Большое количество современных писателей, уже имеющих Имя в литературе и только стремящихся стать известными, все больше вносят элементы публицистичности, а значит, безусловно, идеологичности в свои произведения. «Выстраивается определенный церемониал следования либеральным трендам». Идеологичность возвращается.
     Вот только Читатель всегда ценил и ценит художественные произведения отнюдь не по идеологическим меркам!
    Нижегородская писательница Елена Крюкова, видимо устав от чтения художественных текстов с беспардонными «заимствованиями» чужого (а Елена Николаевна явно читает массу литературы!), решила посвятить целую статью этой «аморальщине» в писательской среде. Читать интересно. Автор популярно разъясняет, что помимо привычного для нас убийственного приговора «плагиат!!!!», существует масса других способов совершить «кражу» чужих текстов: «Втихаря или громко. Изящно или грубо-топорно. Искусно и хитро - или громоподобно и не стесняясь». А далее рассказывает о плагиате, вариациях, вторичности, учениках и эпигонах, подражаниях и подражателях, литературных заимствованиях и использованиях, прообразах, имитациях и т.д.
    Причем, с яркими хрестоматийными примерами! Чтение очень любопытное, заставляющее пытливого и опытного читателя внимательнее относиться к чтению современных произведений.
     Семантику некоторых произведений Анны Андреевны Ахматовой анализирует в своей статье «Муза-сестра заглянула в лицо…» лингвист и поэт, дипломат и преподаватель английского, бурского, французского языков Андрей Яковлев. Очень интересно.
     Книга Платона Беседина «Дети декабря», вышедшая в 2017 году, вызвала целый поток отзывов, профессиональных рецензий самых различных тонов и толков. Журнал Нижний Новгород печатает отклик на данную книгу поэта, литературного критика и одновременного достаточно скандально известного журналиста, главного редактора журнала «Общественное мнение» Алексея Колобродова (г. Саратов).
     Читателям современной поэзии хорошо знакомо имя нижегородки Галины Талановой, выпустившей более 5 стихотворных сборников. Не так давно стали появляться ее прозаические произведения, написанные удивительно интересным языком, с виртуозным использованием изобразительно-выразительных средств, свободным и мастерским обращением с различными литературными стилями. Вышли два ее романа, сразу нашедшие своего читателя (скорее, читательниц, недаром ее произведения печатаются в серии «Лучшие романы о любви») – «Голубой океан» и «Бег по краю»; журнал Нижний Новгород (№ 2, 2017 г.) опубликовал ее рассказы «В очереди» и «В замерзшем автобусе», и вот новое произведение, которое приобрели уже все библиотеки нашего города: «Светлячки на ветру». Именно об этом новом романе Галины Талановой, подчеркивая ее «особое поэтическое отражение мира», пишет филолог, автор более полутора сотен научных работ Людмила Сипко. От этой талантливой рецензии, по нашему мнению, можно получить такое же читательское удовольствие, как и от самой рецензируемой книги.
    Хорошую рецензию на книгу рассказов известного литературного критика, прозаика Елены Сафроновой «Портвейн меланхоличной художницы» написал Владимир Пименов, назвав свою работу в унисон с рецензируемой книгой «В дымчатых полутонах пессимизма»…
    Не пропустите склонившегося в легком поклоне талантливой книге и ее автору известного писателя Евгения Шишкина. Поклон этот имеет заголовок «Все нечаянное сбылось…» и адресуется он чудесному сборнику стихотворений нижегородской поэтессы Людмилы Федоровны Калининой. Евгений Шишкин называет стихи Л. Калининой «завораживающими», отдает дань уважения художнику, оформившему и проиллюстрировавшему книгу – Ю. Демину. Замечательный творческий дуэт выпустил замечательную книжку, о которой написана очень точная и очень теплая рецензия. Конечно же, нужно читать эту книгу, купить ее и периодически брать с полки!
    Тем, кто интересуется фольклором, мифологией будет интересен отрывок из книги Г. Садулаева «Время героев» с литературной и антропологической интерпретацией чеченской средневековой эпической песни «О сыне вдовы и князе Монце».
     Безусловно, привлечет к себе внимание читателей-нижегородцев уже одним названием цикл этюдов Юрия Покровского «У нас в Канавине». О детстве, о родном дворе, улице, городе, «неясные границы которого совпадают с беспредельностью мира», дружбе, мечтах… Эта тема всегда трогает, будит ассоциативное мышление, предлагает посмеяться и погрустить, обязательно заставляет читать.
    Раздел поэзии представлен произведениями М. Кулаковой, М. Соломко, В. Месяца, Д. Мизгулина, А. Остудина, В. Ильичева, Н. Стручковой, В. Решетникова.

Обзор подготовлен гл. библиографом Л. Шелдагаевой