Священное предание Православной Церкви гласит, что Божия Матерь имеет на земле особые уделы – места её преимущественного благодатного попечения. Таких уделов или «жребиев» Пресвятой Богородицы известно четыре: Иверия (Грузия), Афон, Киев и Дивеево. Около 1760 года в Киево-Фроловском монастыре богатая ярославская помещица, вдова полковника, Агафья Семёновна Мельгунова, приняла монашество под именем Александра. Однажды после молитвенных подвигов она удостоилась видеть Пресвятую Богородицу и слышать от Неё: «Изыди отсюда и иди в землю, которую Я укажу тебе. Там осную Я такую обитель великую Мою, на которую низведу Я все благословения Божии и мои, со всех трех жребиев Моих на земле: с Иверии, Афона, и Киева». После долгих странствий мать Александра дошла до Дивеева, и здесь Божия Матерь указала место основания обители. Около приходского сельского храма в честь Николая чудотворца, где ей было видение, мать Александра, построив храм в честь Казанской иконы Божией Матери и келии на пожертвованной земле, поселилась в них с четырьмя послушницами, управляя общиной под руководством Саровских старцев (монастырь Саровский был всего в 6-ти вёрстах от Дивеево), Исайи и Пахомия.
    С 1825 года деятельное участие в жизни Дивеевской общины принял отец Серафим: в 1789 году он был представлен матушке Александре старцем Пахомием, но был ещё молодым иеродиаконом. С 1793 по 1825 годы Преподобный Серафим был в затворе. Он отделил от Дивеевской общины, в которой было уже около 40 сестёр, 8 девиц по указанию Божией Матери, дал им устав, мельницу – «кормилицу», покровителей и благотворителей, и в 1829 году новую больничную общину (девичью) велел окружить канавкой – «тут её обошла Сама Царица Небесная!». Преподобный Серафим предсказал, что «будет в Дивееве Лавра» и даже набросал план будущего монастыря, с многочисленными постройками, что тогда казалось мечтой. Предсказания батюшки о Дивееве как оплоте православия сбылись на наших глазах.
    Саровский мужской монастырь до революции входил в Тамбовскую епархию, поэтому, к сожалению, мы не располагаем документами, относящимся к старцам, окормлявшим Дивеевскую обитель в начале её пути, и о Серафиме Саровском. Самым хронологически ранним является любопытный документ, свидетельствующий о регулярном окормлении саровскими старцами Ардатовской округи. Это разрешение преосвященного Вениамина, епископа Нижегородского и Арзамасского, строителю Саровской пустыни, иеромонаху Нифонту, на священнослужение и освящение церквей в Лукояновском, Ардатовском и Арзамасском округах. До 1799 года село Дивеево входило в Ардатовский округ Арзамасской епархии, поэтому свидетельств о ранней истории обители в Нижегородском архиве нет. Только изыскания члена Губернской Учёной Архивной комиссии, священника В. Гагинского, позволяют приоткрыть некоторые страницы жизни Дивеевской общины при матушке Александре. В своей рукописи «Казанская церковь села Дивеева Ардатовского уезда» (б/д, но после 1903 года и до 1917 года), он приводит точное воспроизведение храмозданной грамоты церкви села Череватова Ардатовского уезда от 1781 года, где упоминается приобретение прихожанами Череватовской церкви деревянной церкви «во имя Пресвятыя Богородицы Казанския у села Дивеева, которая там стала излишней после построение каменного храма".
     В. Гагинский считает, что первоначальный храм села Дивеева, у которого было видение матушке Александре, был уже Казанским, с приделами Св. Николая Чудотворца и Архидиакона Стефана. Он находит подтверждение окончанию постройки храма в 1775 г. (в ведомостях церкви) и приводит сведения из описи имущества церкви от 1802 года, что антиминс главного Казанского престола был священнодействован в 1776 году Полладием, епископом Рязанским. В.Гагинский приводит имена священников двух штатов Казанской церкви села Дивеево (т.е. Старой и Новой церквей, по его мнению), современников матушки Александры: Василий Григорьевич Дертев, Александр Семинов, Григорий Александров, Авраам Николаев, Иван Григорьев, Василий Садовский. Сведения непосредственно о Дивеевской общине оставил благочинный монастырей Ардатовского уезда игумен Оранского монастыря Герман. Он составил для себя в 1846 году «Памятную записку «Сведения о Дивеевской общине», которая иллюстрирует «Летопись» отца Серафима Чичагова. Игумен Кирилл рассказал об основании общины, о её настоятельницах, начиная с матушки Александры и заканчивая современной ему Ириной Прокопьевной Кочеуловой, и состояние общины при них. При преемнице матушки Александры – крестьянской вдове Настасье Кирилловне, число отшельниц возросло до 20-ти, при Ксении Михайловне Кочеуловой, вдове оружейного мастера из Тулы – до 40 человек, при Ирине Прокопьевне Кочеуловой (дочери предыдущей настоятельницы) – до 113 человек в Казанской обители и до 125 девиц – в Мельничной (Девичьей), во главе с особой начальницей (из «летописи» мы знаем, что ею была Елена Васильевна Мантурова). Приняты все они с благословения покойного иеромонаха Серафима Саровского – так гласит подлинник.
    Игумен Герман описал и «Канавку», сделанную по указанию батюшки Серафима для ограждения Девической общины: «Место сей общины, на пространстве 440 сажен, вместо ограды окружено канавою». Приводится Устав, данный «Девичьей общине» св. Серафимом, и перечислены сохранявшиеся в обители святыни «в память благодетельствовавшего старца, иеромонаха Серафима». Это а) три его Саровские пустыньки, из коих в одной читается сёстрами Псалтирь днём и ночью беспрерывно; б) два камня, на коих он подвизался в своём отшельничестве и в) тот образ Божией Матери, перед коим, стоя на молитве, он скончался. Память и почитание св. Серафима Саровского уже тогда, в 1840-е гг., подчёркивают современники у Дивеевских сестёр. Особый «дивеевский дух» отмечает благочинный игумен Герман у скромной ещё общины: «Набожность, строгое соблюдение церковных уставов, духовное воздержание, целомудренность, смирение, отрешение собственной воли, совершенная покорность начальнице и старшим, взаимная любовь и согласие, трудолюбие, попечение о единой общей пользе с забвением всех личных выгод, - суть отличительные черты образа жизни сих общежительниц». По «ведомостям о проживающих в Дивеевской общине» видна динамика роста числа насельниц обители. Матушка Александра имела 4 послушницы, при Настасье Кирилловне число отшельниц возросло до 20-ти, при Ксении Михайловне Кочеуловой – до 338 человек (113 – в Казанской обители, 152 – в Девичьей), при Ирине Прокофьевне Кочеуловой – до 351 девицы, при Елизавете Алексеевне Ушаковой (матери Марии) возросло с 865 сестёр в 1896 году до 1002 сестер в 1903 году. При матушке Александре (Анна Александровна Траковская) – около 1200. Родственная преемственность священников монастыря, о которой пишет «Летопись…», тоже заметна из документов: священнику Ивану Феофановичу Гусеву преемствовал его сын Михаил Иванович Гусев.
    По настоянию Преподобного и указанию Самой Богородицы, в 1828-1929 годах, стараниями и на средства Михаила Васильевича Мантурова, близкого друга своего исцелителя о. Серафима, была построена и освящена церковь в честь Рождества Христова, а под ней в 1830 году – в честь Рождества Пресвятой Богородицы, этой последней церкви Преподобный предрекал стать «Усыпальницей мощей» – матушки Александры, монахини Марии (в схиме – Марфы) Милюковой и Елены Васильевне Мантуровой. Церковь была поставлена у алтаря Казанской церкви. В 1855 году была построена кладбищенская церковь Преображения Господня, алтарём для которой по благословению Преосвященного Иеремии стала келия батюшки Серафима. Только в 1875 году был построен и освящён собор в честь Пресвятой Богородицы. В 1905 году, после прославления Преподобного, был заложен против канавки огромный тёплый собор в честь иконы Божией Матери «Умиление».
    В начале ХХ века монастырь представлял собой богатейший архитектурный комплекс, в котором, кроме перечисленных храмов, были колокольня, корпуса келий, трапезная, богадельня для сестер с домовой церковью, больница, училище на 10 девочек; вне ограды – дома священнослужителей, две гостиницы, мастерские: живописная, литографическая, портновская, ризная, свечная, мантийная, свиточная, стекольная, красильно-малярная. При монастыре были: мельница, две житницы, молотильня, водокачка, сад, огороды, конный двор и кузница. Все это великолепие мы можем теперь наблюдать лишь на фотографиях да на чертежах и планах, составленных в 1924-1926 годах, когда советская власть проводила инвентаризацию церковного имущества.
    На территории бывшего Саровского монастыря в 80-х годах находилась закрытая зона, принадлежащая министерству среднего машиностроения. Никаких монастырских построек на территории монастыря не сохранилось.
    Территория бывшего Серафимо-Дивеевского монастыря оказалась в центре с. Дивеева. Из бывших монастырских построек сохранились: Троицкий собор, колокольня, трапезная, деревянное здание игуменских келий и не полностью достроенное здание Успенского собора. Ограда монастыря сохранилась примерно на 10-15%. Бывшая трапезная была капитально перестроена, и в ней располагался районный дом культуры, кинотеатр и районная библиотека. В пристроенных к колокольне зданиях был отдел вневедомственной охраны, школа рабочей молодёжи и филиал профтехучилища. В здании бывших игуменских келий были размещены ряд административных учреждений и 19 квартир. В Троицком соборе размещался РСУ треста «Горьковгражданстрой» и использовался как склад стройматериалов. Приходская Казанская церковь, находившаяся вне монастыря, в начале 1960-х годов была реконструирована с ликвидацией церковного вида». Часть этой церкви использовалась районным отделением Госбанка, а другая часть – Дивеевским райпо под базу. Советским законодательством паломничества к святым местам были запрещены. Местные власти по распоряжению облисполкома внимательно следили за предотвращением скоплений верующих, особенно внимательно следили за Саровом и Дивеевом, по их близости к «ядерному городу».
    Для предотвращения ежегодного паломничества верующих в день обретения мощей в 1903 году св. Серафима Саровского к местам, с ним связанным, предпринимались поистине чрезвычайные меры: сотрудники уголовного розыска, участковые инспектора, работники паспортного стола, депутаты сельсоветов прочесывали близлежащие деревни и села для выявления лиц, проживающих без прописки. На дорогах, ведущих к святым камням у Сарова, организовывались круглосуточные дежурства сотрудников РОВД, дружинников и «общественности». И 31 июля – 1 августа верующих, съехавшихся со всей страны (от Москвы до Хабаровска) ловили у святых камней, ключей, на Канавке, у берез над могилами матушки Александры и блаженных. Несмотря на регулярное противодействие властей, число паломников не уменьшалось, а география мест, откуда они прибывали, только расширялась.
    С 1978 года верующие ходатайствовали о возвращении хотя бы одного храма в Дивеево. Но это стало возможным лишь с началом «перестройки», в год Тысячелетия крещения Руси.
    В сентябре 1988 года в области у нас работала комиссия по делам религий при СМ СССР. И на заседание Совета по делам религий в октябре 1988 года, посвященном «соблюдению законодательства о религиозных культурах в Горьковской области» наконец «были даны резкие определения по нарушению существующего законодательства о религиозных культах, статьи 52 Конституции СССР, выразившемся в необоснованном отказе… Горьковским облисполкомом в регистрации религиозных объединений РПЦ в с. Дивеево…» Совет по делам религий сам, через голову горьковских властей, зарегистрировал объединение верующих.
     (Горьковские власти были уличены в «рецидивах прошлого по отношению к церкви и религии»). И 20 сентября 1988 года Постановлением Совета по делам Религий при СМ СССР верующие получили право на одно из культовых зданий, имевшихся в с. Дивеево. 9 ноября 1989 года «религиозному обществу РПЦ» передали Троицкий собор, а 9 апреля 1990 года архиепископ Горьковский и Арзамасский Николай уже просил передать православной церкви остаток монастырского комплекса – колокольню с прилегающими к ней зданиями.
    Для возрождения монастыря было всё подготовлено.

Материал подготовлен
главным библиотекарем по краеведческой работе
А.А. Медведевой